Свидетельство
Я расскажу не о том чувстве, которое человек испытывает, сделав действительно что-то дурное, а о чувстве вины, которое возникает у человека без реальной на то причины. На такие сражения с ложью у меня лично ушла масса времени. Но соглашаться с ложным чувством вины никак нельзя! Ведь оно разрушает человека изнутри, убивает его, лишает силы, радости, а значит, и внутреннего мира, покоя, счастья.
В 2002 году я уверовала в Бога — живую реальную Личность. Я узнала, что Он хочет общаться со мной, потому что очень давно меня любит! Началась моя новая жизнь. Я слышала в сердце ясные, светлые cлова Бога: «И это Я тебе прощаю. И это! И даже это!» Именно свобода от бремени вины и чувство, что тебя любят, делали меня невероятно счастливым человеком, свободным, не боящимся ничего!
И вот одна из моих историй. В 2010 году погибла моя родная сестра, ей тогда не исполнилось и тридцати. Я была старшей, мне было уже 34 года. И я испытывала глубочайшее чувство вины, это чувство было огромной силы, оно разрушало меня изнутри. Помню этот ночной звонок по телефону, мамин голос, когда она сказала, что Иринка покончила жизнь самоубийством.
Много лет мы «спасали» Иринку — то от алкоголя, то от наркотиков, то от безработицы. По сути, мы с мамой были созависимыми людьми. Каждый раз, пытаясь спасти Иру от очередной беды, мы разделяли на всех нас тяготы ее судьбы. Слова «должна», «я чего-то еще не сделала…» уводили меня от истины. Однажды мне даже кто-то сказал: «Оля, ты не Бог! Ты не можешь ее спасти!» Но мне понадобилось много времени, чтобы понять: не мы с мамой, не я, но сестра сама должна нести ответственность за собственную жизнь. Постепенно я стала отказываться нести в сердце это нескончаемое переживание за нее. Да, Бог сделал все возможное, чтобы каждый человек нашел выход, в том числе и сестра. Бог спасает — не я!
И вот сестры не стало. Она повесилась в ванной комнате. Мне нужно было куда-то направить свою боль, найти виновных. Сначала я злилась на сестру. Потом стала обвинять себя: «Как я, христианка, могла не увидеть ее боль, не почувствовать, не спасти? Ты видела только себя и не заметила горя ближнего!» Потом свою боль я излила на Бога. Я обвиняла Его: «Ты ведь мог — мог сделать так, чтобы веревка разорвалась! Мог — но не сделал!» Только спустя, кажется, год, я смогла понять, что Он никогда не оставлял мою сестру. Я вдруг увидела Иисуса в той ванной комнате. Он был рядом, у ее ног, и Он убеждал Иринку не убивать себя. Он страдал там — вместе с ней. Но она приняла другое решение.
Другая история касается моего брака.
Я уверовала в Бога, когда уже жила в гражданском браке. У человека, с которым я тогда жила, уже было две жены до меня. Более того, я стала причиной его второго развода. Когда я поняла, что жить с мужчиной вне брака — грех, который очень огорчает Бога, мы поженились, хотя прежняя жена все еще была готова принять ушедшего мужа. Только спустя какое-то время я стала понимать, что тогда я заложила неверный фундамент в строительство семьи. Но я продолжала ходить в церковь, старалась любить по-настоящему — так, как меня учил Бог. Муж не ходил в церковь.
В церкви же я постоянно слышала такие суждения: «Если жена будет правильно себя вести, то муж обязательно придет к Богу». В то время я была убеждена, что моей веры, моей любви и моих молитв будет достаточно, чтобы и муж стал верующим человеком. Почему-то я взяла на себя ответственность за его выбор. Я корила себя за то, что он никак не приходил к Богу. Он изменял мне, но мы пережили это и пошли дальше. Позже мы усыновили двоих детей.
Спустя одиннадцать лет произошло еще одно страшное событие. Мне стала известна еще одна аморальная сторона его личности, которая, как оказалось, проявлялась уже на протяжении многих месяцев. Нам с детьми дома жить было небезопасно. Но меня парализовало чувство вины. Гадкий голосок внутри меня не умолкал: «Если муж так себя ведет — значит, тут есть и твоя вина». Как служитель церкви, как христианка, я думала, что не имею права «порочить» мужа. Так я была воспитана. Полгода я жила в страхе за себя и детей, боясь принимать какие-то решения. Это были самые страшные месяцы в моей жизни. Будучи внутри ситуации, я не была способна трезво ее оценить. Я вела себя как созависимый, несвободный человек.
Но рядом были друзья, церковь. Господь и много хороших Его служителей лечили мою душу. Это длилось около двух лет. Бог говорил мне: «Ты имеешь право честно говорить о своей боли. Ты имеешь право защищать себя и своих детей. Ты не несешь ответственности за поступки мужа, за то, что ваша семья разрушена. Я не осуждаю тебя!»
Но как мне теперь служить в церкви? Ведь теперь я — разведенная женщина и не имею права даже рта открыть. Христианка — и разведенная. Это звучало во мне как приговор. И снова мне помогла Божья благодать. Я ее не сразу приняла. Но Иисус врачевал мои раны бережно, с терпением. Глубокое чувство вины нужно было побеждать правдой — о Боге, о себе самой, о других людях. И чтобы без предубеждений стать свободной в Боге, мне нужно было все это пережить.
Сейчас я замужем. Мой муж — христианин, горячий служитель церкви «Дом Отца». Мы оба отдельно друг от друга пережили развод, предательство, осуждение людей, собственное чувство вины.
И Бог дал нам еще один шанс. Он отправил нас с мужем в другой город — основать новую церковь. Нас? Меня? Человека с запятнанной репутацией поставить на такое большое дело? И тысячу раз в то время я вспоминала историю апостола Павла, который превратился из гонителя церкви Христовой в горячего проповедника Благой Вести.
И сейчас я свидетельствую о реальных делах Бога в моей семье, в моем новом городе, в моей новой церкви. Люди могут говорить что угодно: недостойна, не имеешь права, да кто ты такая! Враг может внушать мне чувство неполноценности, напоминая о прошлом. А Бог, наоборот, проливает на всех нас столько благодати! Он оправдывает тех, кого люди осуждают.
Бог не хочет, чтобы мы замкнулись в своей тюрьме страхов, неудач, вины, несвободы. Он хочет, чтобы мы здесь, на земле, служили Ему от всего сердца. А силу Свою Он нам даст, и эта cила — в Его прощении и благодати!
Фотография предоставлена Ольгой Рыбалкой
