Тема

Где живет любовь?

Евгений Галеев
Журнал/Архив/Номер 73/Где живет любовь?
Где живет любовь?

Традиционно под словом «миссия» подразумевается разнообразная внешняя деятельность церкви по отношению к миру. Не случайно, размышляя о миссии, чаще задаются вопросом: что делать церкви? Но мне хотелось бы рассмотреть миссию немного с другого ракурса, а именно — ответить на вопрос, какой должна быть церковь. Ведь при всей своей направленности к миру если христианское братство не будет обладать определенными качествами, то его свидетельство лишится силы. Буквально с первых же слов Нагорной проповеди Христос образно называет учеников «солью» мира и акцентирует внимание на качестве их «солености».

Образ соли, оказывающей влияние на среду, в которую она попадает, неслучаен. Стратегия Божья по отношению к человечеству всегда была такой: среди современников появлялся человек, который был носителем определенных качеств, и ими не обладали окружавшие его люди. Этот человек был представителем следующей эпохи — Авраам, Моисей, пророки, затем Христос, ныне — Церковь. И нам необходимо понимать, в чем же соль Церкви. Что такого привносит она в жизнь, чего не было у Моисея, Авраама, Илии? Скорее всего, здесь речь не о силе личной веры и чудесах. В этом мы вряд ли превосходим их.

Сам Иисус главной задачей миссии называет весть о Царстве Небесном (см.: Мф 6:33; 24:14). И Церковь не просто рассказывает о Царстве. Она — модель и воплощение Царства Божьего на земле. И если Церковь является территорией, «внутри» (см.: Лк 17:21) которой находится Царство Божье, то она «соль», дающая возможность почувствовать «вкус» Неба каждому, кто сталкивается с ней.

Но что такое Царство Божье? Как понять, присутствует ли оно среди нас? В чем его суть, каковы признаки? Понятие Царства Божьего, конечно, очень емкое, и мне хочется заострить внимание лишь на его некоторых аспектах. На протяжении всей Библии у пророков мы находим описания грядущего века, в котором Бог обитает посреди Своего народа, и важным следствием и проявлением этого являются особые отношения между людьми. Во-первых, между ними полностью упраздняются вражда и насилие. В их среде побежден клеветник, древний змий, и врата ада лишены силы. Нет места обиде, недоверию, корысти, а любовь выражается деятельно — в заботе друг о друге. Во-вторых, в такой атмосфере рождается дерзновенное творчество, созидательный труд, касающийся всех сфер человеческой деятельности (см.: Откр 20:1–4, 21:3–4; Ис 2:4, 11:6–9, 65:25; Зах 14:20–21).

Ветхозаветные тексты коррелируют с заповедями Христа об отношении учеников друг к другу. Новая заповедь (см.: Ин 13:34) подразумевает больше, чем человеческое старание любить. Она с необходимостью требует знать отношение Христа к брату. Требует отыскать брата в Его сердце. Церковь должна быть местом, в котором можно увидеть любовь не только ко всем людям, но и между собой (см.: Ин 13:35). И единство между учениками — условие того, что мир уверует во Христа (см.: Ин 17:21). Более того, Христос напрямую связывает уровень духовной власти Церкви с этой способностью приходить к согласию (см.: Мф 18:18–19). Он очень практично учит, как поступать при возникновении конфликтов и разногласий в братстве (см.: Мф 18:15–17). Вражда и распри — признак плотского начала (см.: Иак 4:1), единение — признак присутствия Христа посреди нас. Христос как бы говорит: «Я присутствую на земле, совершаю чудеса и побеждаю врата ада тогда, когда вы едины и любите друг друга. Мой храм — ты с братом. Ваши обиды и разногласия рушат его, и тогда Я удаляюсь. Твое личное предстояние предо Мной — недостаточное условие, и если идешь к жертвеннику, не примирившись с братом, Я не могу принять твоей жертвы» (см.: Мф 5:23–24).

Где живет любовь?

Трудно переоценить, насколько важным становится качество христианского собрания, приходя в которое, можно видеть «скинию Бога с человеками». Само устройство богослужений, домашних групп, празднований должно нести в себе печать братской любви. Но заострить внимание хотелось бы не на церкви внутри храмовой территории, а на Церкви в мире, ведь очевидно, что Церковь больше храма. Она там, где «двое или трое собраны во имя Мое», говорит Христос. И мне хочется поговорить о таких проявлениях Церкви в мире, как христианская семья и совместный труд христиан, созидаемые во имя Его.

В свое время на меня сильное впечатление произвели слова о том, что брак принадлежит не только супругам, но и Богу как автору брачных отношений. Христианский брак — это союз троих, где супругов соединяют их личные отношения с Богом. Где в любом искушении, когда рушатся образы и кажется, что все в твоей семье не так, ты можешь прийти к Нему и получить утешение, силу и совет. И после этого ты обязательно услышишь: «Теперь иди к супругу. Прости его, выслушай, согрей своим великодушием, и Я помогу вам». Где супруги могут сказать: «Христос между нами, давай помолимся». И кроме того, христианская семья неразрывно связана с бóльшей семьей — братством. Не только моя личная вера подспорье в пути, но и вера ближних, наставников. Открытые, близкие отношения в общине — огромная сила и помощь супругам. В церкви семья — это член Тела Христова, и она неразрывно связана с Ним, служит другим членам церкви сама и получает служение от других. Хотя семью связывают завет и таинство, но при этом она открыта миру и братьям. Супруги в ней соединены узами вечной любви, но они не собственность друг друга. В мире не так. Там семью создают исключительно сами супруги, и она их собственность. А если семья только наша, то единственный ресурс решения проблем — мы сами. И как только вера в супруга или в свои силы исчерпывается, то опускаются руки. Появляются мысли, что все бесполезно, а следом — неизбежное «зачем мне это надо?». Поэтому в мире институт брака стремительно разрушается. И явить миру, соседям, родне другой опыт — самая настоящая миссия церкви. Явить в том числе и собственным детям. Ведь первый и самый сильный опыт созерцания и узнавания, что такое любовь, они получают, видя, как папа и мама относятся друг к другу. Как побеждают клеветника и учатся прощать. Как преодолевают гендерные стереотипы и прозревают друг друга глазами Христа. Как согласие родителей воплощается в творческом наполнении жизни служением, гостеприимством, благоустройством дома. Если родители уделяют достаточно внимания своим отношениям, углублению любви, совместной молитве, то дети будут нести этот истинный образ и в свои семьи, и в социум. Очень важно церковным семьям осознавать себя в такой миссии.

Совместная профессиональная деятельность христиан — тоже особая тема, одновременно желанная и болезненная. Неоднократно приходилось наблюдать две типичные реакции. Одна — когда люди в церкви впервые получают возможность работать с братьями. Некоторое воодушевление: «Представляешь, я буду работать среди верующих!», «Мне будут делать ремонт свои!» или «У нас будет свой христианский бизнес!» Как верующие поначалу радостно соединяются в фирму, детский сад, рабочую бригаду. И другая реакция... После неудачного опыта конфликтов, претензий, дележа денег или имущества. Опыт горечи, разочарования, некоторого обесценивания: «А еще христиане...», «Чтобы я еще раз связался с верующими!», «Куда церковь (пастор) смотрит!» И первая реакция, и особенно вторая — ложны. В первом случае это наивная вера в то, что именование «христианский» гарантирует высокое качество труда. Во втором случае — горький ропот плоти, месть за свою доверчивость. В первых радужных ожиданиях еще есть отблеск истины. Христианам действительно заповедано быть вместе и дорожить этим. У них действительно должно быть по-другому все: взаимные обязательства и верность слову, готовность остаться внакладе и пройти ради брата лишнее поприще. И еще многое другое, связанное с распятием своего эго. Но я не могу принудить брата поступать так. Понуждать я могу лишь себя. И равнодушно смотреть, как брат поступает ложно, тоже не могу. Брата надо достигать любовью. И поэтому путь к вожделенному совместному творчеству лежит через крест. Муку умирания за образ Божий в себе и образ Божий в брате. Как у всех святых. Как в браке. Только если в браке в помощь нам нерасторжимость, то здесь часто христиане разбегаются при первых же трудностях и разногласиях.

Эта миссия братолюбия связана с крестом, и многие не решаются идти до конца — в общине, семье, работе. Велико искушение сосредоточиться на «правильных делах», которые кажутся посильными и в одиночку. Но те, кто терпением и любовью преодолевает плоть, создают удивительные островки Царства Божьего в мире, где больший — слуга, а меньший почтителен. Где не спешат раньше других получить прибыль. Где участие в нуждах и проблемах друг друга — норма. Где есть открытость и нет страха жить без маски. Это способность вместе работать и вместе отдыхать. Умение не сгибаться под давлением и сплачиваться перед трудностями. Это то, о чем говорит пословица «Вместе пуд соли съели», и не расстаться, а стать ближе. Очень редкое явление в обычной жизни, но для Церкви заповеданное как единственно возможное. Житейский опыт скажет: это невозможно. И это понятно. И не страшно, если это говорит мир. Без благодати, без Христа, живущего во мне и тебе, это действительно невозможно. Хуже, когда «дети света» соглашаются с этим. Когда становятся бывалыми и циничными.

Нам заповедано быть на виду у мира. И хотим мы того или нет, но Бог демонстрирует нас окружающим. Поэтому когда люди в мире видят отношения между христианами, то они бывают впечатлены. Миссия Церкви в том, чтобы впечатления эти были со знаком плюс.

ФОТО: Gettyimages.ru


Работает на Cornerstone