Тема

Церковь на диване

Роман Усачёв
Журнал/Архив/Номер 46/Церковь на диване

Церковь на диване

Как-то я встретил на улице одноклассника, которого не видел много лет. Каково было мое удивление, когда я узнал, что он, как и я, пришел за эти годы к вере в Иисуса Христа! Правда, когда я попытался выяснить, в какую церковь он ходит, оказалось, что он обратился к Богу благодаря телепроповедям известного евангелиста и в течение нескольких лет его церковь — это телепрограммы. «Зачем куда-то ходить, — недоумевал мой приятель, — у меня и так с верой все в порядке…» Объяснить, что вера имеет не только вертикальное измерение: человек—Бог, но и горизонтальное: человек—человек, оказалось невероятно сложно.

Еще в середине XX века английский богослов Клайв Льюис в статье «Коллектив и мистическое тело» сказал такие слова: «… Новый Завет не знает “одинокой веры”. Христианство соборно с самого начала, с первых же письменных свидетельств»1. Статья эта была написана в качестве предисловия к книге с названием «Соборность». Льюис говорит о двух основных врагах истинного единения и общения во Христе: об индивидуализме и коллективизме, то есть «стадности», в которой растворяется личность. Сегодня, пожалуй, к этой паре стоит добавить такие явления, которые можно назвать суррогатами церкви.

В Первом послании Иоанна есть такие строки: «…если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха»2. В этом месте Писания, как и во множестве других, наши отношения с Богом ставятся в зависимость от наших отношений с братьями и сестрами по вере во Христа. А немного выше, в этой же главе, Иоанн говорит так: «…о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами: а наше общение — с Отцом и Сыном Его, Иисусом Христом»3. То есть апостол ставит знак равенства между теми отношениями, которые мы имеем с Господом, и теми, которые складываются у нас в церкви.

В том, что телевидение и интернет все больше используются для распространения Слова Божьего, нет ничего плохого. Проблемы начинаются, когда «телецерковь» или «интернет-церковь» заменяют человеку подлинное общение с братьями и сестрами. Само слово «суррогатный» означает нечто, предлагаемое взамен подлинного. Так же и тут — вместо живого общения, единения во Христе, человек довольствуется виртуальной коммуникацией. На интернет-форуме можно получить ответ на духовный вопрос; в виртуальной часовне — заявить свою молитвенную нужду и помолиться о других; есть возможность присоединиться к онлайн-прославлению или посмотреть видеозапись актуальной проповеди… Это приемлемо? Конечно. Только все же не такое общение делает церковь Церковью. Как будто предвидя современные проблемы, апостол Петр в своем Первом послании задает совсем иной стандарт братских отношений: «Послушанием истине чрез Духа, очистив души ваши к нелицемерному братолюбию, постоянно любите друг друга от чистого сердца…»4 То есть в церковном общении нет места лицемерию, непостоянству, поверхностности. Это общение от сердца к сердцу!

С развитием цивилизации мы все более и более оказываемся втянутыми в бурную внешнюю жизнь, протекающую быстро и ярко, в которой огромное количество событий, информации, новостей, знаний сменяет друг друга и не позволяет нам ни во что по-настоящему углубиться.

Есть такое английское слово «сёрфинг», которое переводится как «катание по поверхности». Оно известно нам по одноименному спорту, когда человек на специальной доске скользит по океанским волнам. Это же слово используют, когда говорят о «путешествиях» по Всемирной паутине, а также для обозначения бездумного постоянного переключения каналов на пульте телевизора. Тем самым эти процессы характеризуются как поверхностные, не подразумевающие углубления. И то, что человек скользит по поверхности океана именно христианской продукции, не приводит его к подлинной глубине во Христе.

Русский философ Николай Бердяев в 1946 году написал такие строки: «Характерной чертой современной цивилизации давно уже является выброшенность человеческой жизни вовне, все большее и большее отдаление от духовного центра жизни. В быстротечном движении времени человек теряет себя и в активности, которая от него требуется, он внутренне делается пассивным, он определяется механическими реальностями, вне его находящимися»5.

Именно из-за такой «выброшенности вовне» жизнь современной церкви зачастую оказывается чем-то вроде череды развлечений в христианской обертке. И это еще один суррогат. Люди интернет- и телепоколения не планируют тратить много времени и сил на церковную жизнь. По их мнению, служба должна быть веселой, не требующей напряжения, проповедь — понятной и юмористичной. И если церковные мероприятия — это вариант клубной жизни, то истоки этого явления — в интересах прихожан. Такая церковь не созидает человека, не приводит его к осознанию греха, покаянию и глубокой внутренней перемене, а приводит к духовному застою.

Упоминавшийся уже Клайв Льюис в книге «Просто христианство» так определяет кредо христианской общины: «Что касается церкви, то она существует только для того, чтобы привлекать людей к Христу, формировать из них маленьких Христов. Если она этого не делает, все кафедральные соборы, все священство, все миссионерские организации, проповеди, даже сама Библия сведутся лишь к пустой трате времени. Бог стал человеком именно ради этой цели. И знаете что? Может быть, только ради этого и была создана Вселенная. В Библии говорится, что она была создана для Христа и что все должно соединиться в Нем»6.

Современной культуре свойственно не просто предпочитать форму содержанию, а подчас и полностью игнорировать смысл того или иного действия. Для такой культуры важен процесс, воздействие на участника, подчас не обеспеченное никакой идеей. В философии постмодернизма существует такой термин — симулякр, это изображение без оригинала, репрезентация чего-то, чего на самом деле не существует. Церковь, делающая центром своего служения впечатления, которые получают от нее прихожане, становится своеобразным симулякром общины.

Церковь на диване

   Существует и еще один вариант христианского эрзац-общения. Большинство образов, которые Священное Писание использует, чтобы описать жизнь Церкви, взято из мира живой природы. Церковь — это тело, человеческий организм; семья, невеста, дерево, в котором укрываются малые птицы; народ, ветви виноградной лозы… Современное технократическое мышление зачастую играет с нами злую шутку. Если что-то не имеет достаточной стройности в организации или кажется нам неэффективным, мы можем даже не заметить ценности этого явления. Притом что Господь ставил перед Своей Церковью определенные задачи, такие, например, как проповедь Его Царства или служение обездоленным в мире. Он говорил об этом как о плодах любви, внешнем выражении внутренней жизни Церкви. Христианская община не должна становиться фирмой с благочестивыми целями, фабрикой евангелизации, механизмом эффективного социального служения. Естественно, что Церковь живет в двух ипостасях: внешней организации и внутреннего «мистического тела», как это называл Льюис. Трагедия начинается тогда, когда преуспевающая в организации церковь, имеющая ясные цели, необходимые средства, в том числе и финансовые, стройную и четкую структуру, совершенно перестает заботиться о том, чтобы иметь внутреннюю жизнь и любовь, без которой все — ничто. 

Происходит то, о чем Бердяев сказал: «Внутренняя цельность человека теряется, но его тем более принуждают к внешне организованной цельности»7. Такое общение вначале производит на человека сильное и быстрое воздействие. Он чувствует приобщенность к какому-то большому делу, осознает себя частью чего-то значительного. Но впоследствии нередко переживает опустошение: «Я был лишь средством для достижения целей…» Это очень похоже на то, что описывается в тринадцатой главе Первого послания Коринфянам: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы»8.

Кажется, что чем сильнее будет поток внешней жизни в этом мире, тем острее у современного человека будет чувство опустошенности и неудовлетворенности, тоски по чему-то подлинному. Как же важно, чтобы, придя в церковь, этот человек обнаружил там настоящую глубокую жизнь, а не суррогаты.

1 Льюис Клайв Стейплз. «Коллектив и мистическое тело»: http://krotov.info/library/12_l/yu/is_01.htm
2 1 Ин 1:7.
3 1 Ин 1:3.
4 1 Пет 1:22.
5 Бердяев Николай Александрович. «Социальный переворот и духовное пробуждение»: http://krotov.info/library/02_b/berdyaev/1946_067.htm
6 Льюис Клайв Стейплз. «Просто христианство»: http://www.lib.ru/LEWISCL/mere.txt
7 Бердяев Николай Александрович. «Социальный переворот и духовное пробуждение»: http://krotov.info/library/02_b/berdyaev/1946_067.htm
8 1 Кор 13:1–3.

 

Автор: Роман Усачев
Фото: из архива ХЦ «Возрождение»


Работает на Cornerstone