Тема

Прожить свою собственную жизнь

Ирина Апатова
Журнал/Архив/Номер 39/Прожить свою собственную жизнь

Прожить свою собственную жизнь

«Тайна личности... никому не понятна до конца. Личность человеческая более таинственна, чем весь мир», — писал философ Николай Бердяев. К такому же выводу приходили многие люди до и после него.

Почему же так важен процесс познания самого себя? Потому что без познания себя, своего истинного «я» невозможно обрести ни подлинную свободу, ни «жизнь с избытком», о которых говорит Библия. Ведь такая жизнь непосредственно связана с познанием своего истинного «я». «Вникай в себя и в учение» (1 Тим 4:16) — так говорит об этом процессе Библия.

Лишь только познавая себя, мы может по-настоящему познавать другого и по-настоящему полюбить его. Эти два процесса взаимосвязаны. Другой на самом деле никогда не является таким, каким мы себе его представляем, полагаясь на свои опыт, личные взгляды и знание людей. Узнавание другого — если уж мы становимся на этот трудный путь — приводит к неподдельной любви к нему. Узнавая, мы начинаем любить.

Перед каждым человеком стоит выбор — «быть собой, что является единственно верным», или же — и это трагически неизбежно — «быть тем, что он сам (из себя. — И. А.) сотворил» (тем, кем он пытается себя представить окружающим). Первая цитата принадлежит Серёну Кьеркегору, выдающемуся христианскому философу, богослову, которого в какой-то мере можно назвать и психологом, вторая — Фридриху Ницше, известному немецкому философу.

Бог сотворил и задумал каждого из нас, но если человек не обращается к Богу, то он не может и осуществить Его замысел о себе. Такой человек так и не становится собой — тем, кем он мог бы стать в соответствии с замыслом Бога, — и проживает не свою жизнь. Без Бога личность любого человека деформирована.

Каким же образом мы сами «творим себя»? Вопрос, какой путь выбрать, встает перед нами в том или ином виде в каждый из прожитых дней. «Человеческая личность или “я” проявляется прежде всего в действиях или формируется ими», — высказывает предположение Николай Бердяев. Наш выбор формирует наш образ.

Человек выбирает то, что ему в настоящий момент кажется хорошим, но все время ошибается в выборе, формируя искаженный образ своего «я». И затем продолжает искать то, что может принести ему счастье, чувство удовлетворения, ощущение полноты жизни. Наша личность деформируется нашими действиями, но не только, — ими же она и исцеляется.

Книга Бытия в Талмуде названа Прямой книгой в честь патриархов, жизнеописания которых мы находим в ней, потому что патриархи были прямыми и честными в отношениях с Богом, собой и с другими, то есть были настоящими, подлинными людьми. Так что понятие «быть собой» почти синонимично понятию «быть настоящим».

Но если познавать себя, искать свое истинное «я» так важно, то возникает вопрос: почему это настолько трудно? И какое действие среди многих будет истинным проявлением нашего «я»?

В современном обществе понятие истинного «я» теряется и заменяется неким материальным эквивалентом. Сегодня даже известная формула «Мыслю, следовательно, существую» не решает проблемы. Человек существует, но то, каков он, какова его сущность, его истинное «я», потеряно за внешними проявлениями.

«Иметь» и «быть» — два способа существования. Первый путь — быть другим, только не самим собой, второй — путь познания самого себя через обращение к Богу, который и есть подлинная жизнь. После того как человек выбрал творение, то есть себя, как основу своего счастья, он утратил образ Божий, интуицию Бога, знание о Боге. Испорченность сущностной человеческой природы блаженный Августин понимает как несоизмеримо большое желание. Оно присутствует в человеке еще до того, как через конкретные действия себя обнаружит грех.

Древние говорили, что нет для души ничего более неведомого, чем она сама. Только посредством осуществленного в сознании образа она познает нечто. Душа не может в себе воспроизвести собственный образ, потому что ей нечем познать себя самое. Легче всего человеку познавать себя, свое «я», опосредованно, через мнения других людей, через общение, через вещи. А поскольку все они не подлинны, не целостны и преходящи, то поэтому и представления о себе, о своем «я», искажены и почти всегда ложны.

Прожить свою собственную жизнь Множество масок и подделок имитирует для нас сущность жизни, например бытует представление, что чем больше человек имеет, тем больше он значит. Но это только лишь способы существования, в которых не проявляется истинная сущность человеческого «я». Путь обладания, приобретения — это тоже процесс, тоже движение, только в материальном мире, когда реальный жизненный процесс подменяется суррогатом, видимостью жизни. На таком пути тоже могут встречаться радости, чувство удовлетворения от успешной работы, приобретения вещей и т. д., но все они преходящи, изменчивы, зависят от случая, от несовершенных людей, материальных вещей. Среди форм материального обладания Эрих Фромм выделяет архаичную форму обладания вещью, когда человек, например, съедает или выпивает ее, то есть потребление. Потребление — одна из основных форм обладания сегодня. Cовременный потребитель может сказать: я есть то, чем я обладаю и что я потребляю. И объект моего обладания, и «я» превращаются в вещи.

Став на этот путь, человек, сам того не понимая, не живет подлинной жизнью. Такой способ существования приносит страдание. Известно, что чувство неудовлетворенности терзает человека даже тогда, когда, казалось бы, он достиг всего, к чему стремился, — славы, почести, власти, признания. Чтобы получить ощущение полноты, он старается приобрести еще больше, стать кем-то еще более значительным, приобрести уважение и успех. В данном случае субъект желает, а не существует. Подобным образом вокруг живут многие, почти все.

Но определять «я» через обладание чем-либо ошибочно. Потому что при ориентации на обладание устанавливается связь между мной и тем, чем я владею. Имеет место и обратная связь — вещи обладают мной. Большинство людей верит, что они действуют по своей воле, не сознавая того, что сама эта воля им навязана и что окружающий мир умело ими манипулирует.

Согласно воззрениям пророков, идол — это созданная нами самими вещь, на которую мы проецируем свою собственную силу, обедняя, таким образом, самих себя. Мы подчиняемся собственному творению, и посредством этого подчинения в отчужденной форме происходит наше общение с самим собой. И так же как я могу обладать идолом, идол одновременно обладает мной, поскольку я подчиняюсь ему. Неизменность обладания чем-то связана с иллюзией постоянства и неразрушимости материи.

Но если я — это то, что я имею, и если я могу потерять то, что я имею, то кто же тогда есть я? Если я теряю, что имею, то я — несчастный человек. Следовательно, чтобы не стать этим несчастливцем, я пытаюсь сохранить то, что имею, и тогда приходит страх, я боюсь любых изменений — воров, болезни, смерти, свободы, развития, наконец, боюсь любви. И наша мнимая вера в любовь в какой-то степени притупляет в нас боль от бессознательного чувства вины за то, что мы живем без любви.

Быть другим, а не собой человек начинает, отчуждаясь от своего истинного «я». Считая, что его примут и полюбят, если он станет кем-нибудь другим, только не собой, человек сам становится рыночным товаром. Он формирует себя, опираясь на представления о себе окружающих людей. И место истинного «я» занимает фальшивое «я». Зачастую идеалы человека формируют художественные образы. И, примеряя на себя какую-либо роль, человек оценивает ее даже выше себя самого. Иногда идеалы материализуются и становятся идолами: Флобер говорил, например, что произведение, которое он пишет, — всё, а он как человек — ничто.

Личности с «рыночным» характером не имеют своего подлинного «я», ибо их «я» постоянно меняется в соответствии с принципом «Я такой, какой вам нужен». Нет ничего удивительного в том, что при этом чувство собственного достоинства сильно ущемляется. Условия для самоуважения тогда находятся вне власти человека. Он зависит от оценки других и постоянно нуждается в ней. Неизбежным последствием этого является чувство неуверенности, порой ненависти к себе, если ты не отвечаешь «рыночным образцам». «Рыночная» ориентация лишает человека его индивидуальности, он становится отчужденным от самого себя.

Зло состоит в повороте от Бога к миру изменяемых вещей. Желание обладать производит отчуждение всех остальных чувств и отчуждение веры. Человек все воспринимает через желание обладать.

Два способа существования — «быть» и «иметь» — накладывают отпечаток и на веру человека. Согласно Семену Франку, эгоизм может рассматриваться как корень зла и смерти. Человек перестает быть эгоистичным, когда он открывает для себя любое «ты», а особенно когда «Ты» — это Бог, Вездесущий и Всеблагой. Истинно верующим, развивающимся в Боге можно назвать человека, настроенного на то, чтобы иметь жизнь в Боге. Обретение себя, своего истинного «я» происходит через единство с Богом, целостность или цельность.

Что дает человеку возможность прорваться к осознанию Бога как «Ты»? Карл Ясперс считает, что такое происходит в крайних ситуациях, при обострении чувства вины, в какой-то мере при осознании того, что я ничто. Фридрих Шлейермахер говорит о чувстве абсолютной зависимости, когда человек ищет и осознает, что «Ты» существует. Человек осознает, что он ничто, что он зависим от Бога и что он грешник. Он ищет Бога и, страдая, приносит покаяние. Когда отношения «я» — «Ты» соединяют человека с Богом, изменяется направление воли человека — от желания иметь к тому, чтобы быть с Богом, быть в Нем. Принять спасение через покаяние пред Богом для «я» — единственный путь обрести себя. По словам Эриха Фромма, подлинность бытия человека в Боге устанавливает «единство (человека. — И. А.) не только с самим собой, не только со своим ближним, но и со всем живым, и более того — со всем миром. Чувства имеют, любовь же приходит. Невозможно познать Бога вне процесса искупления. Вечность только там, где Бог, иными словами, вне Его нет жизни. Признание Бога, осознание своей греховности и покаяние устанавливают единство с Богом, приносят вечную жизнь через веру.

Семен Франк писал: «...моя жизнь открывается мне в своей последней глубине не только как моя жизнь в Боге, но и как жизнь Бога во мне», или в единении «я» и «Ты». Величайшее изречение, в котором утверждается это тождество, мы находим в Евангелии от Иоанна: «Я и Отец — одно».

Если человек не обращается к Богу, то он не может и осуществить Его замысел о себе. Eсли я — это то, что я имею, и если я могу потерять то, что я имею, то кто же тогда есть я?

 

Автор: Ирина Апатова
Фото: из архива ХЦ «Возрождение»


Работает на Cornerstone