Комментарий

Cуеверие как небытие души

Ирина Апатова
Журнал/Архив/Номер 30/Cуеверие как небытие души

Cуеверие как небытие души

Сама природа суеверия как веры в возможность предвидения будущего и влияния на это будущее через использование потусторонних сил имеет идолопоклоннический характер, ведь любые суеверия, по сути, невольно или же умышленно отрицают Божий промысел. Таким образом, получается, что суеверие — это отрицательная вера, или вера со знаком минус.

В библейском словоупотреблении слово «суеверие» (или «тщетная вера») связано с описанием мира, не имеющего смысла. Согласно Библии, суеверие приводит человека к пустоте, к существованию в реальности внешних вещей и желаний, к отречению от себя как личности. Жизнь человека в отчуждении от Бога не имеет конечного смысла и лишена ценности.

В Ветхом Завете мы читаем показательную в этом смысле историю, получившую название «Виноградник Навуфея» (см.: 3 Цар 21)1. В ней показан не просто конфликт нечестия и праведности, но конфликт между поклонением истинному Богу и идолам, конфликт веры и неверия (или же суеверия). История с виноградником Навуфея происходит на фоне усиления конфликта между Господом, царем Ахавом, пророком Божиим Илией и царицей Иезавелью. Рядом с дворцом Ахава находится виноградник праведного Навуфея, и царю Ахаву нужна эта плодородная цветущая земля, он хочет завершить  дворцовый ансамбль, символ своей власти.

Один из героев этого повествования — царь Ахав, его имя в переводе значит «весь в отца». Он и в самом деле похож на своего отца Амврия — военачальника, ставшего царем. Амврий основал город Самария, в некотором роде противопоставив его Иерусалиму (в Самарии поклонялись Ваалу, а в Иерусалиме — живому Богу). Ахав всего лишь второй царь новой династии, и называют его не царем Израильским, царем народа Божьего, а царем Самарийским, царем города, построенного его отцом. Другой герой, Навуфей, назван изреелитянином, имена его сыновей упомянуты среди семи тысяч мужей, не преклонившихся перед Ваалом. Имя Навуфей означает «плоды», «умножение», «изобилие». Навуфей тесно связан со своей землей, земля эта — символ его завета с Богом, его идентичности в народе Израильском. Это наследство, данное ему Богом, и, продав свой виноградник, Навуфей уже не будет собой, не будет «Навуфеем Изреелитянином». Третья героиня — Иезавель, жена царя Ахава, дочь царя Сидонского (финикийского) Ефваала. Поклонение Ваалу, практикуемое в Финикии, тоже в некоторой степени связано с землей, но по-другому, оно связано с культом плодородия.

Ахав предлагает Навуфею за виноградник серебро или иной, лучший, виноградник, но для Навуфея лучшее то, что дал ему Бог. И он не отдает виноградник, апеллируя к Закону и повелению Господа. В этом повествовании противопоставляются понятия, употребленные автором в отношении виноградника Навуфея: для последнего он «наследство», понимаемое в контексте завета народа Израиля с Богом (позже это определение использует также Илия), для Ахава и Иезавели — это собственность в мирском ее воплощении, «владение», «виноградник».

После отказа Навуфея, несмотря на тревогу и огорчение, Ахав не смиряется пред Богом. Узнав об этом и увидев огорчение царя («лег, отвернул лицо свое, и хлеба не ел»), Иезавель говорит иронично: «Что за царство было бы в Израиле, если бы ты так поступал?» По мнению Иезавели, царь не будет царем, если не получит всего, чего захочет. Иезавель ставит желание царя выше Закона. Она точно знает, как нужно управлять и каким должно быть царство, и она устроит в царстве Израильском порядки, заведенные в других царствах, у других народов — из числа поклоняющихся идолам. В первой части главы в центре повествования — Иезавель, все идет по ее плану. Всезнание повествователя проявляется в характеристике Ахава: не было еще такого, как Ахав, идолопоклонника, и наущала его Иезавель (см.: 3 Цар 21:25).

Навуфей был оклеветан и признан виновным в богохульстве. О реакции Навуфея на лжесвидетельство против него негодных, лживых людей автор умалчивает. Навуфей — праведник, и он трагически погибает. Повествование доносит до нас единственную его фразу — о Господе и наследстве, как бы подчеркивая то, что главным в жизни Навуфея был Господь, остальное второстепенно. О смерти Навуфея повествование говорит в страдательном залоге — «побит камнями», что свидетельствует, на мой взгляд, о кротости героя2. Имя Навуфея упоминается и далее в контексте его верности Богу. Смерть невинного Навуфея поражает и одновременно свидетельствует о разрушающей силе идолопоклонства. Как же могло произойти с ним такое зло? Повествователь оставляет этот вопрос открытым. Но история Навуфея не закончена, потому что Бог еще не произвел Своего действия и еще не исполнились пророчества. Имя, «тень Навуфея», постоянно упоминается в повествовании. Писание более не говорит о винограднике, который ассоциировался с плодами и мирной жизнью, теперь он назван полем. На этом «поле» разворачивается драма с участием остальных героев.

Если в первой части текста в центре повествования — Иезавель, то во второй части в центре — Господь, он исполняет над домом Ахава пророчества, изреченные на него пророком Илией, также героем этой истории.

Благоговея перед царями, царской властью и славой дома Соломона, Ахав лелеет свою мечту. Его главный интерес — строить, укреплять свою власть, укреплять свой дом, свое царствование. Он строит крепости и дворец. Убранство дворца из слоновой кости напоминает ему о славе Соломона. Даже Израиль его волнует лишь постольку, поскольку это его территория, его царство. Однако Ахав чувствует свое несоответствие царскому статусу. Он пытается укрепить свою власть через брак с финикийской принцессой Иезавелью. Ему не мешают ее идолопоклонство и волхвование, поскольку брак этот укрепит его внешнеполитические связи, расширит его влияние в разных сферах, в том числе и в религиозной.

В связи с этим начинается противостояние Илии и Ахава. Оно длится долго. После победы Илии над пророками Ваала на горе Кармил Ахав не спешит сказать свое слово, он едет к Иезавели за советом, ему важно знать ее мнение. Иезавель угрожает Илие, Ахав не останавливает ее.

Когда после убийства Навуфея Ахав вступает во владение виноградником, к нему приходит туда пророк Илия. «Нашел ты меня, враг мой!» — восклицает Ахав, обращаясь к пророку. Илия говорит Ахаву, что он убил Навуфея, а завладел виноградником как родственник — ведь этим виноградником нельзя владеть, его можно только наследовать. Слова Илии показывают всю абсурдность ситуации Ахава, который, наследуя вожделенную землю, наследует также трагическую судьбу Навуфея, ее бывшего хозяина. Через этот виноградник их судьбы связаны.

Илия произносит пророчество о смерти Ахава, что вызывает у царя озлобление, но не страх, ведь он воин. Когда же Илия провозглашает конец власти, конец дома Ахава и отторжение его от царства, это производит свое действие в сердце Ахава, потому что рушится его мечта. Тогда наконец Ахав смиряется пред Богом. Чтобы грешник смог услышать пророка, понадобилась смерть праведника.

В сущности волхвования и суеверия заложен всегда один и тот же механизм — сильное желание управлять и любыми способами получать желаемое. Иезавель, привыкшая с помощью религии и волхвования подчинять и управлять, погубила праведника. Но это путь, ведущий к краху и потере смысла жизни. Иезавель погибает по пророчеству на поле Навуфея.

Вера и суеверие противоположны по сути и взаимоисключают друг друга. В истории о Навуфее присущие Израилю дела веры извращены и показаны как бы со знаком минус. Ахав «лег, отвернул лицо свое, и хлеба не ел», но это не пост смирения, его мучит желание получить виноградник. Объявлен общий пост, обычно назначаемый ради очищения народа, но за этим постом скрыта негодная цель царя — обвинение праведного. И происходит не очищение народа, а его осквернение. По Закону для выяснения истины необходимо свидетельство двоих, но в истории с Навуфеем происходит лжесвидетельство двоих. Навуфей побит камнями за богохульство и неисполнение Закона, на самом же деле он верный исполнитель Закона. Землю Навуфея должны наследовать его родственники, но ее наследует человек, погубивший Навуфея.

Таким образом, говоря о вере и суеверии, Священное Писание описывает два способа существования, которые определены Эриком Фроммом как «быть» и «иметь». Если вера связывает человека с источником жизни — Богом, то в человеке происходит процесс осознания себя как личности, обретения себя. Суеверие может помочь человеку добиться исполнения его желаний, нечто иметь, но это будет совсем другой уровень познания — вещей внешних. Угождение идолам во имя своих целей и желаний неминуемо ведет человека к отречению от себя, от своей сути. В таком поклонении человек теряет себя: он способен не к самопознанию, а лишь к познанию своих желаний. А этот путь крайне разрушителен как для самого человека, так и для мира вокруг него.

1 Для изучения данного отрывка использован текстоцентричный подход, к которому относится техника исследования повествовательных текстов. Данная техника рассматривает сюжет, диалоги, инверсии, жесты, психологические характеристики, повторения, технику наименования, использованные богодухновенным автором с целью передачи определенного смысла.
2 Невольно вспоминаются слова пророчества о Иисусе Христе: «как овца веден был на заклание».

Современные самаритяне отмечают праздник Кущей на горе Геризим

 

Автор: Ирина Апатова
 

 


Работает на Cornerstone