Связь времен

Человек, разрушавший суеверия

Ирина Языкова
Журнал/Архив/Номер 30/Человек, разрушавший суеверия

Человек, разрушавший суеверия

Леонардо ди сер Пьеро да Винчи — так звали великого итальянского художника, который стал олицетворением эпохи Возрождения. Он родился 15 апреля 1452 года в селении Анкиано около городка Винчи, вблизи Флоренции. С раннего детства он отличался большими и в то же время разносторонними талантами. В 12 лет отец отдал его учиться живописи в мастерскую к знаменитому в то время художнику Андреа Вероккио, но уже в 16 лет Леонардо превзошел учителя. Ему было поручено написать двух ангелов на картине «Крещение Христа», которую Вероккио не успевал закончить вовремя. Леонардо так виртуозно исполнил ангелов, что рядом с ними все остальное на картине казалось грубой ремесленной работой, так что учитель признал себя побежденным. Как пишет Вазари, биограф многих итальянских художников, «пораженный Вероккио забросил кисть и никогда больше не возвращался к живописи».

Сегодня Леонардо знают прежде всего как художника, однако он занимался не только живо­писью, но был скульптором и архитектором. Он был прекрасным поэтом и музыкантом, замечательно играл на лютне и сочинял мадригалы и сонеты, импровизируя на любую заданную тему. Леонардо и сам конструировал музыкальные инструменты. Вазари пишет, что он создал серебряную лиру в форме конской головы. Эту лиру Лоренцо Медичи послал в качестве подарка Людовико Моро, а художника отправил в качестве миротворца. И поскольку враждовавшие прежде властители примирились, можно сделать вывод, что Леонардо был еще и искусным дипломатом.

Сам же да Винчи считал себя в первую очередь инженером и ученым. Он был незаурядным математиком, придумывал для расчетов сложнейшие математические формулы. Он изучал физические законы, в частности законы механики. Был гениальным изобретателем. Его интересовали механизмы, устройство двигателей, военных машин, фортификационные приспособления и проч. В оставленных им многочисленных тетрадях было найдено множество изобретенных устройств, о которых люди его времени даже не мечтали. Помимо усовершенствованных стенобитных машин он изобрел прототип танка (движущуюся и стреляющую машину), катапульту, летательный аппарат (что-то вроде дельтаплана), парашют, прототип велосипеда и многое другое. Вазари пишет: «Он ежедневно делал модели и чертежи, показывающие, как с легкостью сносить горы и прорывать сквозь них туннели от одной долины к другой и как при помощи рычагов, кранов и винтов подымать и передвигать большие тяжести, а также как осушать гавани и отводить трубами воду из низин, ибо его мозг никогда не прекращал своих выдумок».

Леонардо интересовала и природа, живая природа, он тщательно исследовал строение человеческого тела, тел животных, в частности лошадей. Эти знания ему нужны были в том числе и для живописи, где он добивался как можно более точной передачи реальности. Для этого же он изучал и законы оптики, на основе которых создал свою световоздушную перспективу, позволявшую ему изображать пейзаж таким, каким видит его человеческий глаз. Дымка на горизонте в его картинах, сфуматто, как называли этот эффект итальянцы, — это попытка передать материальность воздушной среды. Вообще живопись он считал не столько искусством, сколько наукой, инструментом познания мира и человека.

Словом, Леонардо был универсальным человеком, воплощавшим идеал Ренессанса, безграничных устремлений человеческого разума и творческих возможностей личности. Казалось, для него не было задачи, которую он не мог бы выполнить. Но этим художник вызывал не только восхищение, но и зависть, и страх, и даже ненависть. Его называли еретиком, чернокнижником, алхимиком, служителем дьявола. Он поражал воображение современников, и потому про него сочиняли самые невероятные легенды. Ему приписывали различные пороки, подозревали в страшных ересях. Он писал портреты красивых женщин, и его обвиняли в прелюбодеянии, он рисовал юношей, и его обвиняли в содомии. Он изучал анатомию, а для этого ходил в морг, препарировал трупы, и его обвиняли в святотатстве и магии. Он изучал свойства материалов и красок, ставил химические опыты, и его обвиняли в том, что он занимается алхимией. Леонардо явно опередил свое время. Многое в его жизни было непонятно современникам, а потому вызывало подозрение и суеверный страх.

При всей своей общительности он был человеком закрытым, его богатая внутренняя жизнь не могла не притягивать, но он не спешил ее открывать. Для многих он оставался загадкой. Его считали человеком неблагочестивым, а то и вовсе безбожником. Говорили, что он ни во что не верит, все высмеивает и все подвергает рациональному анализу.

Леонардо действительно умело пользовался данным ему разумом, всюду носил с собой записную книжку и заносил в нее свои наблюдения. До нас дошло 120 таких книжек — своеобразный дневник, подобного которому нет во всей мировой культуре. Это обширнейшая энциклопедия: рисунки, чертежи, эскизы, заметки по вопросам перспективы, архитектуры, музыки, естествознания, военно-инженерного дела и т. п.; все это пересыпано изречениями, философскими рассуждениями, анекдотами, баснями, притчами. Однако Леонардо не стремился обнародовать свои мысли и даже прибегал к тайнописи, до сих пор некоторые из его записей не расшифрованы. Известно, что Леонардо был амбидекстром, то есть одновременно и правшой, и левшой, одинаково хорошо владел обеими руками. (Это значит, что оба полушария его головного мозга работали с одинаковой интенсивностью.) В его тетрадях большинство записей сделано справа налево, их можно прочитать только с помощью зеркала. Видимо, он не желал, чтобы они попали в чужие руки. Но это также вызывало подозрения: не магия ли это, не зашифровывает ли маэстро нечто таинственное, а может, и прямо еретическое?!

Эпоха Возрождения подняла на щит человека, прославляя его как венец творения, единственное существо в мире, которое создано по образу и подобию Бога, а значит, равное ему в творческих устремлениях. И казалось бы, Леонардо как нельзя лучше отвечал этим идеалам. Но, провозгласив свободу творчества, воспевая дары и способности человека, современники Леонардо оказались не готовы к тому, что кто-то этот идеал может воплотить в жизни. Многие идеи, проекты и изобретения Леонардо получили признание спустя столетия.

В 1485 году, после страшной эпидемии чумы в Милане, Леонардо предложил властям проект идеального города с определенными параметрами, планировкой и устройством канализационной системы. Миланский герцог отклонил проект. Прошли века, и в XIX столетии власти Лондона признали план Леонардо да Винчи совершенной основой для застройки города. В современной Норвегии есть действующий мост, созданный по проекту Леонардо. Испытания парашютов и дельтапланов, выполненных по эскизам мастера, подтвердили, что только несовершенство материалов не позволило ему подняться в небо. Сегодня все художники пользуются и анатомическим атласом Леонардо, и его световоздушной перспективой.

Но и суеверия, которые порождала неординарная личность Леонардо да Винчи, тоже тянутся шлейфом через века. Один, но весьма красноречивый пример — нашумевший роман Дэна Брауна «Код Да Винчи», в котором художник выступает обладателем некоего тайного знания, якобы подрывающего все основы христианства. Желание автора «разоблачить» Церковь так сильно, что он создает головокружительный сюжет, в основе которого отнюдь не сенсация, а старое как мир заблуждение. Вернее, подтасовка, извечное дьявольское искушение: «А правда ли сказал Бог?..» Дэн Браун хочет убедить читателя, что Христос был самым обычным человеком, любил земную женщину, имел семью и умер не на кресте, а в своей постели в почтенной старости. И для доказательства этого он прибегает к авторитету Леонардо да Винчи, который в своей знаменитой «Тайной вечере» якобы изобразил рядом с Христом не юного Иоанна, любимого ученика, а Марию Магдалину. Но чтобы благочестивые современники ничего не заподозрили, Леонардо придал чертам Магдалины двойственный облик — то ли юноша, то ли девушка.

Сколько шума вызвала публикация романа Брауна! Еще больше — его экранизация, показанная во многих странах. За этим последовали протесты Ватикана и восторги борцов с религией, ломали копья критики, а СМИ тиражировали эти интеллектуальные баталии на весь мир. Но за всей этой шумихой никто не задал единственного вопроса: а при чем тут Леонардо да Винчи? Различные версии жизни Христа, в том числе и вышеописанная, известны с первых веков христианства, по апокрифическим евангелиям, здесь Дэн Браун не оригинален. Но они были отвергнуты как не соответствующие исторической правде, когда были еще живы те, кто видел Христа своими глазами или слышал о Нем из уст очевидцев.

Что же касается Леонардо, то в работе над фреской «Тайная вечеря» его волновали другие вопросы. Об этом хорошо известно из того же Вазари. У художника, конечно, были разногласия со священнослужителями, в частности с приором монастыря Санта-Мария-дела-Грация в Милане, для которого он писал эту фреску. Но касались они совсем других материй. Леонардо работал медленно, потому что постоянно решал сложнейшие задачи перспективы, технологии, новых материалов. Ему скучно было все делать так, как делалось веками или хотя бы несколько лет назад. Он все время искал новых путей, в том числе и в решении образов. Например, он очень долго не мог найти образ Христа. Приор монастыря торопил Леонардо, ему казалось странным, что художник целые дни стоит погруженный в размышления перед композицией на стене и не пишет. Вазари иронизирует: «Приору хотелось, чтобы Леонардо не выпускал кисти из рук, наподобие того как работают в саду». Приор донимал Леонардо и наконец пожаловался герцогу, тот вынужден был просить Леонардо ускорить работу. Художник сказал, что уже близок к финалу и ему осталось написать всего две головы — Христа и Иуды, но для ускорения работы он готов для Иуды использовать голову самого приора. Леонардо вскоре написал голову Иуды, истинное воплощение предательства, но голова Христа, говорят, так и осталась незаконченной.

Таких анекдотов из жизни Леонардо Вазари и другие современники художника рассказывают немало. Маэстро явно обладал большим чувство юмора и готов был высмеять особенно тех, кто скудость своего ума прикрывает благочестивыми рассуждениями. Был ли Леонардо еретиком, безбожником или членом какой-нибудь тайной секты, доподлинно сказать трудно. Скорее всего, нет. Аргументом в пользу его веры может служить кончина художника. Как сообщает Вазари, он умер на 75-м году жизни во Франции, на руках своего друга короля Франциска I. К старости он стал проявлять большой интерес к вере, а когда уже почувствовал приближение смерти, с обильными слезами исповедался и покаялся в грехах, пожелал принять святое причастие. Когда прибыл король, который часто навещал его во время болезни, Леонардо и королю стал говорить, что много согрешил против Бога и людей тем, что работал в искусстве не так, как подобало. Кончина «великого грешника», коим считали Леонардо некоторые его современники, была вполне благочестива. Если бы это было не так, точный хроникер Вазари не преминул бы сообщить об этом. Более того, Вазари пишет: «Кончина Леонардо опечалила свыше меры всех, кто его знал, ибо никогда еще не бывало человека, который бы воздал такую честь живописи. Блистательностью своей наружности, являвшей высшую красоту, он возвращал ясность каждой опечаленной душе, а словами своими он мог заставить любое упрямство сказать “да” или “нет”. Своей силой он смирял любую неистовую ярость, и правой рукой гнул он стенное железное кольцо или подкову, как свинец. С равной доброжелательностью принимал он и выказывал внимание любому другу, будь тот богат или беден, лишь бы обладал он дарованием и доблестью. Он украшал и возвышал каждым своим действием любое смиренное и убогое жилище. Потому-то для Флоренции было поистине величайшим даром рождение Леонардо и бесконечной потерей — его смерть». Такой характеристики удостоен совсем не каждый из художников, о которых писал Вазари. И если мы будем внимательны к его словам, увидим, что он превозносит Леонардо не только за его таланты, но и за вполне христианские добродетели.

 

Автор: Ирина Языкова

 


Работает на Cornerstone